aleks1966 (aleks1966) wrote,
aleks1966
aleks1966

Линия разлома

Оригинал взят у werewolf0001 в Линия разлома
Из книги, которая в работе

Да уж… Они злобны и безжалостны, но в то же время – наивны и просты как дети. Когда американцы были в Афганистане – можно было грабить караваны и конвои, продавать все это на рынке, требовать с американцев деньги за то, что пропускать по своей территории караваны без обстрелов. И власти Пакистана - они тоже могли требовать денег, помощи оружием, военных инструкторов, «на борьбу с терроризмом», шантажируя взрывом террористической активности, дестабилизацией всего региона и тому подобными вещами. Но самое главное – американцы давали смысл жизни – джихад – и объяснение того, почему жизнь так плоха, почему они живут в грязи, в мерзости, в запустении, живут как скоты. А после того, как американцы ушли – не стало ничего. Не стало денег, которые здесь еще отцы зарабатывали только джихадом, не стало врага, против которого можно было воевать. Самое главное – не стало объяснения, почему все так мерзко, страшно и убого, почему треть детей умирает еще до года, а через весь кишлак – течет зловонный ручей нечистот, который тек и при отцах, и при дедах и при прадедах. Нестало ни американских ботинок, ни американской одежды, которая удобна и годами не рвется, ни топлива, которое можно слить с обстрелянного бензовоза, ни доступного металлолома у американских баз, который можно собрать и сдать***. Осталось только то дерьмо, что вокруг тебя. Да сосед, который жаждет мести за какую-то историю столетней давности.
И выход только один. Либо жить как скоту, и подохнуть как скоту, в блевотине и отвращению к самому себе, в осознании собственной отсталости и убогости. Либо идти вперед. Вперед и вперед, туда, где еще можно взять что-то ценное, где женщины и дети, где мужчины, похожие на женщин, не готовые драться и умирать за свою землю и свои семьи, где протестовать и воевать способны только против своего государства, а главный протестный метод – уехать. Вперед и только вперед, не слушая кличей и воплей, не прислушиваясь к голосу разума, трактуя Коран, так как нужно в данный момент, не хороня мертвых и не думая о живых. Вечное настоящее и вечная война, джихад до победы, светлое будущее в виде всемирного Халифата, в который никто не верит. И очередная страна, грабя которую можно прожить еще год, два, пять…
Сирия, Пакистан, Ирак, Индия, Ливан, Азербайджан, Грузия, Таджикистан, Туркменистан, Казахстан, теперь вот – и Россия. Чистые и ухоженные города, дома в которых есть горячая вода, чистенькие не знавшие лишений дети – дети неверных, над которыми можно надругаться, можно заставить прислуживать себе, продать, угнать в рабство. Чистые руки, правильные слова и сострадание к несчастным, которые заменяют пулю, кнут и праведный гнев отцов и дедов – о, будьте уверены, несчастные по достоинству оценят заботу. И таких стран – хватит на наш век, а то, что с нами будет потом… ведь это будет потом, не правда ли…

Одно и тоже. Всегда и везде – одно и тоже…
Столкновения первого мира и третьего – случались всегда. Будь то восстание сипаев в Индии, или падение Хартума, или высадка морской пехоты США в Никарагуа… это всегда так было. Но мой Бог, неужели было так страшно?
Сначала – все было обычно. Когда американцы осваивали Аравийский полуостров, когда за громадные деньги они строили там всю инфраструктуру, скоростные бетонные шоссе. Когда строили целые города – было не так. Арабы – хоть и относились враждебно, но все таки такого беспредела не было. Американцы строили маленькие америки – на острове Киш в Иране, или американские городки в Саудовской Аравии – и так и жили в них, за забором, известным всем и каждому и никто никому не мешал.
Но в какой-то момент – все это сломалось. Забор сломали сразу с двух сторон. Ибо те, кто правил этими маленькими злобными народцами, по кривой усмешке судьбы почему то владеющими богатейшими землями – они уже не просто хотели жить как американцы. Они хотели БЫТЬ АМЕРИКАНЦАМИ, они посылали своих женщин, чтобы те рожали в Америке, они посылали своих сыновей и внуков в Сандхерст и Вест Пойнт, они начинали относиться к своим народам не как к своим детям, пусть непослушным, но все же детям – а как к чужакам, к тем, кто мешает по-настоящему наслаждаться жизнью в БЕЗОПАСНОСТИ и ДОВОЛЬСТВЕ, не ощущая острого как нож взгляда соплеменника в спину, презрения простого подавальщика в ресторане, ненависти соотечественника на дрянной Ладе, не пропускающего вперед на дороге. А народы, которыми они управляли – видели все это – и озлоблялись. И отцы наций, становились даже не отчимами, жестокими и равнодушными, но все же своими – а чужаками, вломившимися в дом сами и приведшими в дом чужаков. Бурлящая лава ненависти – прорывалась на едва подсохшей корке протуберанцами взрывов и мятежей, расползалась мутным валом беженцев, несущих за собой голод, болезни, претензии и тщательно взлелеянную злобу. Заборы были сломаны – и рядом с зеркальными небоскребами столицы, Алма-Аты и Астаны – могли быть чудовищные нарывы лагерей беженцев, на которых всем было плевать, новое, взрощенное на воле, жестокое племя конных дикарей – басмачей, безумие и дикость самозастроенных шайтан – городов, занимающих землю бывших колхозов. И ненависть, ненависть, ненависть… Те, кто ломал эти решетки и заборы, говоря о плоском мире и о конце истории – в какой-то своей детской наивности полагали, что рядом – может сосуществовать успешный казах – менеджер нефтяной компании или предприниматель, закончивший бизнес-школу, и купивший сто пятидесятиметровую квартиру в новой бетонной высотке – и казах – дикарь. Как здесь их называли «мамбетня» - дикие уроженцы маленьких, брошенных на произвол судьбы городов и поселков, которым не повезло находиться рядом с Каспием, или там, где иностранный инвестор сажает пшеницу с урожайностью девяносто центнеров с гектара. Почти не знавшие школы, ласки, заботы, не видевшие в жизни ничего, кроме чужих машин и заборов, за которые нельзя, опасные как обрез трехлинейки – они тоже жили в этой стране и по мнению тех, кто ломал заборы и решетки – все они были одним народом. В то время как давно уже – они были народами разными, и один стеснялся своего монголоидного разреза глаз и гордился тем, что английский знает лучше родного казахского, а другой – ходил в подпольную молельню, которых за последние десять лет открылись десятки и сотни, присоединился к «умме», постигая «сокровенную мудрость арабского Востока». Жизнь неверного разрешена. Имущество неверного разрешено. Женщины неверного разрешены. А кто якшается с безбожниками и многобожниками – тот и сам из них. Джихад фард айн. Носи новое, живи свободным и умри шахидом. Эти два народа – стремительно удалялись друг от друга, и между ними - было уже мало чего общего, кроме страны, в которой они жили. Одной стране на двоих…
Tags: киргизия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments